Яндекс.Метрика

Кулачный бой на Масленицу г. Орел«Кулачный бой – душе разгул!»
русская народная пословица

Издревле известные в России борьба и кулачный бой составляли одну из любимых народных забав.1 Вот что говорилось о кулачной потехе в Воронежских Губернских Ведомостях за 1851 год: «Первейшею забавою наших предков, не только простого народа, но даже бояр и князей, почитался кулачный бой, как образец и школа войны: тут молодые люди приучались к неустрашимости и отваге».2 Сахаров же писал о кулачном бое: «Кулачный бой в Русской семейной жизни считался удовольством, приводившим некогда в гордость и раздоры целые селенья и города. Подвергать себя из доброй воли побоям, бить других без пощады – было роскошным весельем для наших отцов и дедов».3 Кулачная потеха давно известна на Руси. Летописцы говорят о ней еще в начале XIII в. с какою-то восторженностью. Великий Князь киевский Мстислав III и князь псковский Владимир, ободряя перед битвою своих союзников новгородцев и смоленцев к храброму отражению великого князя Юрия Всеволодовича, представили им на волю: сразиться на конях или пешими. Новгородцы отвечали: «Мы не хотим на конях, но сразимся, по примеру наших предков, пешими и на кулаках».4

Очень интересно, что на Руси вплоть до Куликовской битвы (1380 г.) сражение предварялось единоборством. Вот как свидетельствует «Повесть временных лет»: «В год 992... подъехал князь печенежский, вызвал Владимира: выпусти ты своего мужа, а я своего, и пусть борются. Если твой муж бросит моего на землю, то не будем воевать три года, а если мой – то будем разорять вас три года... И удавил муж печенежина руками до смерти. И бросил оземь. Раздался крик, и побежали печенеги, и гнались за ними русские, избивая их...».5

Начиная с самого раннего возраста дети с помощью разнообразных игр постепенно приучались к тому, что нужно уметь постоять за Родину, семью и самих себя. Целый комплекс разминочных игр, единоборств был великолепной воинской школой. Среди дошедших до нас боевых игр-забав можно назвать такие, как: «Царь горы», «Прятки», «Козел», «Облавка» и др. Боевые игры-забавы формировали и развивали навыки, которые непосредственно пригодились бы при ведении боя. Например, в прятках развивалось умение в короткий срок замаскироваться, стать невидимым для противника, выждать удобный момент для атаки из засады. Умение вести бой против превосходящего по количеству неприятеля, используя преимущества местности, отрабатывалось в игре «Царь горы», атака на всадника запрыгиванием сзади – в игре «Слон», сбивание противника ногами в прыжке – в игре «Облавка». Когда дети становились взрослыми, игры перерастали в настоящие поединки, известные как «кулачные бои».6

Кулачные бой мог быть «один на один», «стена на стену» или «свалкою».7 Ожесточенная драка, рукопашный бой в Курской области называется «неразволочная»: «у них, что день, неразволочная идет». Победителя в кулачных боях, самого стойкого бойца называли «стоёк». Сама борьба, схватка, рукопашная драка называлась «емки». А сойтись открыто, грудь с грудью, в рукопашную – «нагрудную сойтись», «сразиться нагрудную», «пойти нагрудки» (курск.).8

В основном кулачные бои проводились на масленичной неделе: «...на масленичной неделе – кулачки. Почти всю неделю».9 Сахаров указывал, что «бои начинались с зимнего Николы и продолжались до сборного воскресения».10 Один из информаторов Орловской губернии сообщал, что в деревне Мешковой «бьются на кулачки». Сроки для таких сражений были строго регламентированы: на второй день Рождества, Новый год, Крещение, в субботу и в воскресенье Масленицы.11 Афанасьев А. Н. также указывал на то, что «Ярилово празднество ... сопровождалось песнями, музыкой и плясками, после которых народ разделялся на две стороны и начинал кулачный бой – стена на стену».12

Есть сведения, что в Нижегородском Поволжье сохранилась архаическая форма кулачных боев, когда в них участвовали женщины, что по мифологическим представлениям должно было влиять на производительность льна.13 Люди поговаривали что «если хорошо похлещутся, год урожайным будет», а старики подначивали молодежь: «Давайте, а то урожая летом не будет».14

На кулачный бой созывали возгласами: «Давай, давай на кулак!». Начинали «кулачки» подростки 10-12 лет. К ним присоединялись взрослые парни. Следующими вступали в борьбу женатые мужики. Иногда участвовали даже старики.15 Дрались порядок на порядок в одной деревне, деревня на деревню, несколько деревень с каждой стороны, даже волость на волость.16 Русская кулачная борьба имела ряд жестко соблюдавшихся правил. Нельзя было бить лежачего. Также нельзя было бить того, кто присел. Запрещены были удары сзади, стыла, обязательно следовало заходить вперед, лицом к лицу с противником. Разрешалось биться только голыми руками – в кулаке ничего не должно было быть. Нарушителей этих норм наказывали самосудом: их била собственная команда.17 При общей свалке уже действовали не одни руки, но ноги и колена; били безжалостно своих противников в живот, в грудь и лицо, но лежачего не били, оттого вошло в поговорку: «лежачего не бьют».

Записные бойцы стояли в отдаленности, наблюдая за бьющимися; каждая из противных сторон уговаривала отличных бойцов перейти на их сторону, обещая им большие подарки и вина до упою. Когда стена гнала стену, тогда молодец-боец, или надёжа-боец, засучив рукава и сжав со скрежетом зубов оба кулака, летел бешеным зверем с распущенными волосами и наносил страшные удары... Кто более других удерживался на месте и более переносил удары, тот приобретал уважение и превозносился даже его недругами. По пробитии стены оставались на месте одни бойцы-молодцы. Их битва была ужасная. Одни из них схватывались, ломали друг друга, били в лицо (кровь лилась) и в разъяренном неистовстве вцеплялись за волосы, били под легкие и оба падали полумертвыми. Другие бежали на выручку товарищам, нападали на надёжу-бойца, который стоял уже бледный, как смерть. Он не сдавался, переносил жестокие побои и вдруг, уловив счастливую минуту, ударял одного под глаз, другого в висок, и оба протягивались со стоном у ног его. Надёжа-боец сопровождался всеобщим радостным криком: «Наша взяла!» Но если он был не в состоянии перенести ударов, то одно его спасение (чтобы сохранить свою жизнь) – упасть на землю: лежачего не бьют, но такой оставался в поругании. Очень часто случалось, что многих находили на месте убитыми или совершенно изувеченными. По окончании боя поклонники вели своего богатыря по улице при пении громких песен.18

Вот что писал о нравах орловчан известный писатель Н. С. Лесков: «А на кулачки биться мещане с семинаристами собирались или на лед, на Оке, под мужским монастырем, или к Наугорской заставе: тут сходились и шли, стена на стену, во всю улицу. Бивались часто на отчаянность. Правило такое было, чтобы бить в подвздох, а не по лицу, и не класть в рукавицы медных больших гривен. Но, однако, это правило не соблюдалось. Часто случалось, что стащат домой человека на руках, отысповедовать не успеют, как уже преставился. А многие оставались, но чахли».19 Уважаемый всеми артист Ф. И. Шаляпин делился дорогими его сердцу воспоминаниями: «Сходились с одной стороны мы, казанская Русь, с другой – добродушные татары. Дрались отчаянно, не щадя ни себя, ни противников».20 Талантливый поэт Сергей Есенин в автобиографических заметках «О себе» писал: «Дедушка иногда сам подзадоривал на кулачную и часто говорил бабке: «Ты у меня, дура, его не трожь, он так будет крепче!».21

Из наших бойцов славились казанские, калужские и тульские оружейники: Алеша Родимый, Терёша Кункин, Зубовы, Никита Долгов и братья Походкины. Тульские бойцы и ныне славятся, но каждое место имело своих удальцов.22

Церковь объявляла кулачные бои «от беса замышленным делом» и стремилась всячески воспрепятствовать этой народной потехе. Так, в 1274 г. на духовном соборе во Владимире митрополит Кирилл говорил: «Узнал я, что еще держатся бесовского обычия треклятых эллин: в божественные праздники со свистом, кличем и воплем бьются...».23 Церковь карала отлучением придающихся таким забавам. В правиле митрополита Кирилла, вошедшем в Кормчую книгу и таким образом постоянно служившем церковным законом, участники таких забав изгонялись из церквей («да изгнани будут от сынов божьих церквей»). А убитые при мирных схватках, кулачных и палочных боях и вообще заплатившие нечаянно жизнью за удовольствие потешиться на этих турнирах «да будут (сказано в том же правиле Кормчей) прокляты и в сей век, и в будущий; еще ли нашему законоположению кто противиться, ни приношени из них принимати, рекше просфуры и кутии, свечи; еще же умереть таков, к сим ерей не ходит и службы за них не творит».24

Настоящее ограничение кулачных поединков началось в XVII веке. 9 декабря 1641 года Михаил Фёдорович указал: «Которыя всякия люди учнутъ биться в Китае, и в Беломъ каменномъ городе, и в Земляномъ городе, и тех людей имать, и приводить в земский приказъ, и чинить наказанье». 19 марта 1686 года вышел указ, запрещающий кулачные бои и назначающий наказания участникам: «Которые люди изыманы на кулачныхъ бояхъ; и темъ людямъ за те ихъ вины чинить за первый приводъ бить батоги, и имать приводныя деньги по указу, за другой приводъ бить кнутомъ, да имать приводныя деньги вдвое, а въ третий темъ чинить потомужъ жестокое наказанье, бить кнутомъ и ссылать въ ссылку въ Украйные городы на вечное житье».

Указами 1684 года ноября 2, 1686 года марта 19 и другими строго воспрещались кулачные бои.25 Так же указом о повсеместном и полном запрещении кулачных боев был включен в свод законов Николая I в 1832 году. В томе 14, часть 4-я, статья 180 кратко говорит: «Кулачные бои как забавы вредные вовсе запрещаются». То же дословно было повторено и в последующих изданиях этого свода законов. Но, несмотря на все запреты, кулачные бои продолжались.
Дух русского воина хорошо отражается в наших народных пословицах:

  • наши в поле не робеют;
  • одним махом сто душ побивахом;
  • лучше умирать в поле, чем в бабьем подоле;
  • бей своих – чужие будут бояться;
  • лучше быть убиту, чем в плен взяту;
  • без боя врагу земли не дают;
  • бой отвагу любит; без борца нет венца.26

Недаром говорят: «здесь Русским Духом пахнет»!

Милада
Журнал «Родноверие» №6

  1. Русские простонародные праздники и суеверные обряды. Выпуск 2. Москва, 1838. стр. 126
  2. Фомин Г. Н. Кулачные бои в Воронежской области. «Известия Воронежского краеведческого общества». 1925 г., № 3, 5, 6.
  3. Сказания русского народа о семейной жизни своих предков. Сахаров. Часть 2. СПб, 1836. стр. 57
  4. Быт русского народа. Терещенко. Часть 4. Забавы. Спб, 1848. стр. 81
  5. Нестор Летописец. Повесть временных лет. СПб, 1903. стр. 54
  6. Максимов. Русские воинские традиции. Москва, 2010. стр. 140-141
  7. Сказания русского народа о семейной жизни своих предков. Сахаров. Часть 2. СПб, 1836. стр. 57
  8. Даль В. Толковый словарь живого великорусского языка, т. т. 1-4.
  9. Фольклорный архив каф. литературы УЛГПУ им. И. Н. Ульянова. Календарные обряды Ульяновского Присурья. (Инзенский и Сурский районы Ульяновской области).
  10. Сказания русского народа о семейной жизни своих предков. Сахаров. Часть 2. СПб, 1836. стр. 57
  11. Громыко М. М. Мир русской деревни. М: Русская гвардия, 1991. стр. 248
  12. Афанасьев А. Н.. Дерево жизни. Москва, 1982.стр. 274
  13. Корепова К. Е. Русские календарные обряды и праздники Нижегородского Поволжья. СПб: Тропа Троянова, 2009. стр. 216
  14. Фольклорный архив каф. литературы УЛГПУ им. И. Н. Ульянова. Календарные обряды Ульяновского Присурья. (Инзенский и Сурский районы Ульяновской области).
  15. Громыко М. М. Мир русской деревни. М: Русская гвардия, 1991. стр. 248
  16. Корепова К. Е. Русские календарные обряды и праздники Нижегородского Поволжья. СПб: Тропа Троянова, 2009. стр. 215
  17. Громыко М. М. Мир русской деревни. М: Русская гвардия, 1991. стр. 248
  18. Быт русского народа. Терещенко. Часть 4. Забавы. Спб, 1848. стр. 82-83
  19. Лесков Н. С. Грабеж
  20. Карамов Сергей. Спортивная жизнь России, N7, 1998.
  21. Есенин. О себе.
  22. Быт русского народа. Терещенко. Часть 4. Забавы. Спб, 1848. стр. 83
  23. Лаврентьевская летопись. Ленинград, 1926-1928
  24. Очерк домашней жизни и нравов великорусского народа в 16 и 17 столетиях. Костомаров Н. И.. СПб, 1860.Стр. 142
  25. Быт русского народа. Терещенко. Часть 4. Забавы. Спб, 1848. Стр. 83
  26. Даль В. Толковый словарь живого великорусского языка, тт. 1 – 4.
Вверх