Яндекс.Метрика

Калужские родноверы добились установки указателя у деревни Красотынка – одного из центров неоязычества.Природные парки и национальные районы превращаются в резервации для этнических культов

В единый государственный реестр объектов культурного наследия народов России включены 11 сакральных территорий, находящихся в Ямало-Ненецком автономном округе. Четыре из этих священных для коренных жителей объектов – «Хада пэ» («Старушка камень») в Приуральском, «Хорлор» (Быка-оленя озеро) в Шурышкарском, «Сэр-нго Ирико» (Старик Ледяного острова, Хозяин Белого острова) и «Ямал хэхэ» (Края Земли богиня) в Ямальском районе – станут памятниками культуры регионального значения. В конце 2016 года в Республике Коми появилась 38-метровая статуя Корт Айки, кузнеца из коми-зырянских мифов (подробнее в «НГР» от 07.12.16).

В граничащем с Ямало-Ненецким АО Ханты-Мансийском округе властям уже приходилось выступать не только арбитром, но и стороной в конфликте нефтяников и местных жителей. 28 октября 2016 года было изменено зонирование природного парка «Нумто», что позволило одной из углеводородных компаний добывать нефть на территории священных для хантов земель. В зоне промышленного освоения оказалось немалое число святилищ и кладбищ, которых в парке насчитывается более 60 (см. в «НГ» от 16.11.16). После обращений экологов из Greenpeace и обитателей поселения Нумто, чьи сакральные объекты могли пострадать, проект был доработан: ограничение на хозяйственную деятельность в природном парке было введено как для нефтяников, так и для местных жителей. 20–21 мая с.г. в Москве состоялся форум «Национальные парки и коренные народы Севера: риски и возможности», посвященный вопросам взаимодействия с коренными народами и различным аспектам хозяйственного использования охраняемых природных территорий. Таким образом, общественные организации могут успешно заставить государственные структуры прислушиваться к ним, говоря с властями на языке межэтнических проблем, опасность возникновения которых кроется в каждом непродуманном решении затрагивающих сакральное пространство проблем.

При этом со стороны Русской православной церкви уровень терпимости по отношению к традиционным верованиям народов России не столь высок. По мнению представителей РПЦ, народам Севера лучше развивать свою культуру в рамках православия. Так, архиепископ Якутский и Ленский Роман (Лукин) считает, что развитию национальной культуры якутов способствовал переход из статуса «варвара» в статус «ромея» в лоне православия: Церкви свойственно «особенно бережное, деликатное отношение к культурам опекаемых ею народов, а Якутия особенно счастлива в этом отношении», и русский народ сложился из разрозненных племен через крещение, гласит его приветствие делегатам V съезда Ассамблеи народов Республики Саха. «Развитие национальной религиозной традиции продолжилось: переводом богослужений на местные языки, наличием духовенства из числа представителей местного населения. Развитие национальной религиозной традиции позволяет полноценно развиваться и всей национальной культуре», – говорит Лукин.

Итак, государство готово покровительствовать верованиям, которые принято относить к языческим, лишь в определенных рамках. Однако эта тема проявляется не только во взаимодействии госорганов с коренными народами российского Севера. Одним из наиболее проблемных течений такого рода является родноверие – русское неоязычество. Отношения с государством сообществ языческой тематики, позиционирующих себя не как реконструкторы традиций того или иного малого народа, а в качестве религиозных групп, не задались с самого начала – и не в последнюю очередь в силу их значительной политизированности. Позиция Русской православной церкви имеет для чиновников особенно большое значение именно в отношении русского язычества. Так, к «Старушке-камень» на Ямале относятся с почтением, а указатели к «Синь-камню» под Переславлем Залесским регулярно демонтируют по просьбам РПЦ.

Язычникам с приставкой «нео» и без нее нет места в государственно-конфессиональных отношениях за пределами тех регионов, где верования коренных народов составляют основу этнической культуры, считает доцент кафедры религиоведения РГПУ им. А.И. Герцена Алексей Гайдуков: «Как система государство взаимодействует со значимыми группами, выражающими общественное мнение. Для чиновников язычники, тем более неоязычники – маргиналы или «дремучие дикари». Их мнение либо субкультурно и поэтому замкнуто на микрогруппы, либо контркультурно – тогда ими занимаются правоохранители. Нет смысла удовлетворять желания всех по отдельности. Для выражения воли есть партии и организации, то есть институциированные объединения. А с одиночками взаимодействие непродуктивно. Аналогичным образом, если некие самодеятельные православные без благословения архиерея решатся на какие-то демарши, то будут обозваны «отступниками» или «экстремистами». Тем более, считает эксперт, нет перспектив признания в качестве религиозного сообщества – а значит, и включения в общественный процесс в качестве полноправной стороны – и у родноверов.

Один из основателей и первый глава Союза славянских общин Славянской родной веры (ССО СРВ) Вадим Казаков считает причины, по которым родноверие не получает в России официального статуса, политическими, однако проводит грань между реконструкторами аутентичной религии древних славян и вновь созданными движениями, пользующимися схожей терминологией. «Стеклянный потолок» для родноверов – это признание их наследниками традиционного славянского язычества. Я здесь имею в виду именно родноверов, а не почитателей «Славяно-арийских вед» и прочей ахинеи, которых люди малограмотные привыкли отождествлять с родноверами. Хотя это мое личное мнение, и оно может не совпадать с мнением руководителей родноверческих организаций, – сказал он «НГР». – С точки зрения государства, такая политика вполне оправдана. Если вас не признают в качестве религиозной организации, то, соответственно, официально к вам отношение как к ролевикам, чудакам, маргиналам, сектантам и прочему. Случай в Ямало-Ненецком округе – тоже яркий показатель. Там государство имеет дело с представителями национального меньшинства, которое по совместительству еще и языческое. Поскольку у РФ к пожеланиям нацменьшинств отношение чуткое, я бы даже сказал, трепетное, то данный случай не является каким-то из ряда вон выходящим. В нашем же случае РФ имеет дело с представителями национального большинства. А именно, с русскими, о которых даже в Конституции ни слова не сказано».

В Европе неоязычники остаются сравнительно небольшим, но довольно быстро растущим сообществом. Так, Национальное бюро статистики Исландии опубликовало в марте информацию о том, что с 2014 года количество почитателей Одина, Тора и Фрейи в стране увеличилось более чем на 50%, что сделало их самой быстрорастущей религиозной группой страны. Ожидается, что в этом году будет завершено строительство храма в Рейкьявике, 130 млн исландских крон на который собрали верующие; участок земли был предоставлен городскими властями. Интерес к дохристианской и этнической религии при этом включает в себя и внимание европейцев к славянской традиции: 24 июня с.г., например, празднование Купалы в третий раз прошло в ирландском Лимерике.

На протяжении нулевых годов в Армии США предпринимались шаги навстречу неоязычникам. В 2000 году были разрешены для ношения викканские (от англ. wicca – популярное на западе неоязыческое течение, появившееся в Англии в середине 1950-х годов. – «НГР») религиозные атрибуты – пентаграммы. В 2006-м пентаграмма появилась на надгробии убитого в Афганистане сержанта Патрика Стюарта, исповедовавшего викку, а руководство капелланов Армии США от 1990 года содержит нейтральное описание этой религии. Наконец, в Военно-воздушной академии в Колорадо в 2011 году был оборудован мини-Стоунхендж для викканских и друидических обрядов.

Присутствуют язычники и в российских силовых структурах. В 2016 году на Рождественских чтениях проблеме их присутствия в армии и полиции было посвящено сразу два доклада: протоиерея Андрея Хвыли-Олинтера и епископа Ахтубинского и Енотаевского Антония (Азизова). Это обстоятельство говорит о том, что в РПЦ к распространению родноверия проявляют пристальное и недоброжелательное внимание.

Павел Скрыльников

Вверх